sinchronia
Белинский, хоть и критик, но человек был неглупый.
В работе над всякой историей бывает так, что основа заложена, есть внятный набросок концепции и даже некоторые сцены в голове. Кажется, все стремительно движется к тому, что быть написанным.

И вот, проснувшись утром или посреди тихого ужина, с ужасом понимаешь, что все плохо.

Зачем кому-то вообще может потребоваться прочитать эту историю, ведь все очевидно, все совершенно очевидно? Как кто-то может посчитать это откровением или полезным опытом? В этот момент все буквально начинает валиться из рук: и персонажи вдруг кажутся заурядными, скучными, и сама канва едва ли способна удержать внимание читателя...

Этот момент тихого отчаяния намного страшнее всех прочих, когда вставал вопрос "смогу ли я".

Дело в том, что когда просто сомневаешься в своих способностях, когда ощущаешь мучительную нехватку опыта, нестрашно потому, что все впереди. Можно больше наблюдать, можно читать, изучать и, наконец, однажды достигнуть вожделенной идеи. И даже в короткие моменты растерянности, не исчезает этот заветный зеленый огонек на другом берегу. И ясно, пусть лодки нет, но плот ты построишь и, чёрт побери, выгребешь хотя бы на упрямстве.

Но этот кризис... этот кризис совершенно иной.

Эта растерянность от того, что поглотившее мысли и чувства на какие-то мучительные часы кажутся абсолютной дешевкой.

История, которая поглотила тебя, в которую ты вложил уже довольно много мыслей и сил, которая здесь и сейчас тебя определяет - она становится пшиком.

И это ужас абсолютной беспомощности.

Куда податься, как жить, что делать дальше?! Как вообще оценить в будущем и не ошибиться, если опять будешь думать о чем-то как о вещи важной, а она окажется очевидной?

В такой момент главное остановиться и выдохнуть. Налить чашку горячего чая, включить хороший фильм. Прервать нарастающую внутри панику. И не бежать по друзьям за подтверждением прямо сейчас. Хотя так хочется - подсознательное понимание того, что страх родился на пустом месте, уже сидит внутри. И друзья, конечно, могут помочь.

Просто писателю стоит разобраться в этом самому.

Если обратиться к внешней помощи, то велик шанс, что новой навязчивой паранойей станет то, что тебя пожалели. Но коли уж справишься сам, под рукой будет готовый шаблон-щит.

Нужно просто вспомнить то чувство, когда идея появилась впервые. Когда она поразила и заставила обдумывать себя, и факт того, что потребовалось менять мировоззрение. Даже если немного. И сейчас задумка кажется ненужной только потому, что работа проделана, мораль усвоена и ты прошел необходимый путь к внутреннему изменению. Теперь ты по-настоящему готов. Именно тогда, когда впервые ощутил себя человеком, твердящим очевидные вещи.

Конечно, в мире очень много разных людей. И естественно, что некоторые тоже уже осознали. Но именно потому, что людей так много, именно потому, если не можешь молчать, ты должен рассказать эту историю.

И при следующем приступе этой хвори вспомнить слова Милна в "Тайне Красного дома":

- Ах, мой милый Билл! - он молча покурил, а затем продолжал: - Как я недавно указывал, секрет остается секретом, пока ты его не раскрыл, а едва раскрыв его, ты уже не понимаешь, как он вообще мог быть секретом. Этот потайной ход был тут годы и годы, одним концом выводя в библиотеку, другим в сараюшку. Затем Марк его обнаруживает и немедленно чувствует, что ход должны тотчас обнаружить решительно все.

Да, именно так.

@темы: ex tenebris